Сегодня год, как нет Ильи Михайловича Гилилова. Это был выдающийся человек, широко и разнообразно одаренный, здравомыслящий и великодушный. Может быть, даже гений. Причем характерно для него то, что его гений (в старом смысле, дух-покровитель) позволил ему проявить себя и порученное воплотить. Да, именно так: рискуя впасть в пафос, думаю, что его вела миссия. Предначертание.


За биографические подробности не поручусь, боюсь напутать – по занятости несколькими делами сейчас и сразу, слушала всегда в пол-уха. Ну, может быть, позже. А пока – несколько слов, только по памяти ненадежной. Родился 16 февраля 1924 г. Перед войной учился на истфаке. В войну окончил артиллерийское училище и между делом открыл какой-то баллистический закон, уже открытый века за два до того, конечно, но тем не менее. Командовал батареей и потому всегда говорил чрезвычайно громко и отчетливо, особенно по телефону (чтобы не оглушил, я держала трубку за полметра от уха). После войны никак не мог демобилизоваться, не отпускали, потерял несколько лет. От службы осталась офицерская выправка, которая в сочетании с командирским голосом, гренадерским ростом и копной седых волос производила очень внушительное впечатление. Потом, окончив экономический, работал в системе общепита на командных должностях, написал учебник по какому-то аспекту этого дела - и толковый учебник, до сих пор в ходу. Он этого, при желании забавного, факта не скрывал, но, понятное дело, не афишировал. Это были как бы зигзаги.
Прямой путь начался, когда он взялся за Шекспира, внимательно его прочел и с ходу сделал бесспорное текстологическое открытие. Потом другое, касательно водяного знака. Это было начало, но за любое из этих открытий многие литературоведы отдали бы… ну, многое бы отдали. Ссылаюсь на В.С.Муравьева, никак не шекспироведа, но историка литературы не из последних. Это Муравьев навел меня на Гилилова. За обедом принялся пересказывать «Игру об Уильяме Шекспире» http://www.bookssite.ru/scr/read_120487.html, которую жадно читали его дочки, а после, когда я решила представить книгу на открытии Московского отделения English-Speaking Union, дал наводку, как на ИМ выйти. И началось! Всех, очарованных «Игрой» (книгой, может быть, не бесспорной - странно было бы! - но, право, блистательной), он приобщал к делу. Неожиданно для себя, я стала у него (наряду с прочими) как бы литсекретарь: писала всякие пресс-релизы, письма, проводила встречи с читателями, и, наконец, с ним вместе делала редактуру амер.издания «Игры» ... На фотографии здесь он (видно, что замученный) у компа у меня на работе тем немыслимо жарким летом, когда под Москвой горели леса. Работа была без преувеличения каторжная. Мы вычитывали и правили перевод, сделанный двумя чудными энтузиастами из Пскова, один из которых из спортивного интересу или любви к языку порой норовил сделать обратный (с русского на английский) перевод цитаты, предположим, из Бена Джонсона, что надо было не дай бог не пропустить... И как раз на след.день жесткий диск от перегрева покоробило, и он сдох. А поскольку диск был на гарантии, а копий я по зачумленности не делала, пришлось месяц жить в неведении, восстановится отработанная часть "Игры", в которой сорок(!) листов или нет… ИМ, как всегда разные препоны, и эту назвал «шуткой Рэтленда», а я теперь понимаю, что нам таким макаром просто было дано передохнуть... Да, он меня, конечно, припахивал, называя это "наше дело"... Но есть люди, которые вправе припахать. Их ведет провидение, им следует помогать. Собственно, мне это завещал В.С.Муравьев. Как я его просила написать предисловие ко второму изданию "Игры"! Не успел. Незабываемый был вечер, когда мы с ИМ пришли к Муравьевым в гости. Конечно, два аса соревновались в эрудиции. Наблюдать это было упоительно. И потом, когда мы вспоминали эту встречу, я сказала: "Правда, Илья Михайлович - стихия, явление природы?" - ВС жарко согласился.
Под обаяние книги тогда попали многие, это было как эпидемия, свидетельство тому – переиздания и огромное количество рецензий. Он первый на нашем веку ввел нас в шекспировскую проблему, предложил свое решение – а дальше уж бредите, кто куда. Поначалу страстный поклонник его, Борис Борухов http://gililov.narod.ru, найдя неточность, сделался страстный враг, жизнь положил на ниспровержение, и, подумать только, умер почти одновременно с ИМ, так же как и его преданный помощник, А.И.Липков, автор предисловий к разным изданиям «Игры»… И по этому поводу ИМ сказал бы свое присловье, про Рэтленда…
Что касается оппонентов – не было никого всерьез. Искали блох. Упрекали в каком-то вздоре, в любви к графьям… Говорили, какая разница, кто написал, важно, что написали… Посмеивались, что английский у него только пассивный. «Главный шекспировед страны», а в сущности, театровед Барташевич, во вполне скромной тени которого трудится теперь Шекспировская комиссия, категорически отказывался работу Гилилова обсуждать, и понятно, почему. Потому что он знал материал, как никто. Героев своих знал, как соседей по дому. Чувствовал эпоху. И, как никто, при своем пассивном английском, считывал смыслы. И вполне себе анекдот, что когда на конференции во Владимире их с Барташевичем поселили в одном номере, они говорили о чем угодно, только не о Шекспире…
Нынешняя Шекспировская комиссия почтила своего бывшего секретаря кислым и высокомерно-академическим некрологом http://wshakespeare.russian.ru/memorium.htm, концовка которого насмешила бы ИМ гомерически: предположение, что они с Н.И. Балашовым бредут "по лунной дороге" и спорят! Гилилов с Балашовым! Надо знать, что полная благоглупостей антигилиловская брошюра академика Балашова не представляла НИКАКОГО полемического интереса... Когда "Независимая газета" опубликовала по ее следам интервью с Балашовым на разворот, я писала отповедь, Муравьев кипел, а ИМ только посмеивался.
Да, еще одним свидетельством масштаба было великодушие и понимание человеческой природы. Умел прощать, умел отметать лишнее, благодарно помнил всех, кто ему помогал, как бы не складывались потом отношения. И первая реакция всегда была: да это же хорошо! Так же он отозвался, когда я кисло сообщила ему, что на Западе за год продано всего столько-то экземпляров «Игры» по-английски… Американское издание http://www.algora.com/57/book/details.html, вышедшее в 2003 году, потребовало огромных сил. Но отклика практически не было. Пусть играет сам, написал кто-то. И всякий, знакомый с западным литературоведением, вправе был этого ожидать. В отличие от изголодавшихся нас, за триста лет дебатов они там от шекспировского вопроса устали, стратфордианцы правят бал, вторая по качеству кровать…
И как все-таки здорово, что книга вышла. И тут, и там. Стоит на полках. Он сделал свое дело и с полным своим правом ушел. Восьмидесяти трех лет…
Мы очень плотно общались. Бывало, я от него уставала. А теперь – понятное дело, теперь мне его не хватает.
Ну вот, так написалось, не обессудьте. Я потом буду возвращаться, добавлять…